enola_hey: (Default)
Знаете, все же вынесу в отдельный пост. Очень хочется попробовать донести мысль, но не уверена... не хочется впадать в пафос или в примитив и банальщину. В общем, если что - я старалась.

Специфика больницы, стационара - она в том, что на 11 (в нашем случае) дней тебя помещают в более-менее замкнутое пространство, вместе с еще некоторыми десятками людей, детей и взрослых. И ты оказываешься в таком социальном срезе, где представлены, пожалуй, любые вариации характеров и людей. Если "снаружи" ты знаешь, что где-то дети голодают, или бьют там кого-то, или кто-то у кого-то что-то стащил - ты воспринимаешь это как события внешние, неприятные, но что поделать. В Африке голодают дети.
В замкнутом пространстве ты живешь с этим постоянно, по 12 часов. И у тебя нет возможности отвернуться, не заметить, "уйти к себе". "В Африке голодают дети" сказать просто. Попробуй с таким же цинизмом сказать "Во второй палате рыдает голодный ребенок". Мир уменьшается до размерогв стационара.
И вместе с тем, жалея и кормя с ложки голодного ребенка, ты понимаешь, что скоро вы разойдетесь и ты больше никогда его не увидишь. Вообще. Можно взять телефон у соседки по палате и позвонить, спросить, как их дела. Она нормальный человек, нам было приятно общаться... Но вот этого конкретного мальчика Женю я не увижу больше никогда. И я опять буду знать, что в Африке голодают дети. Пусть и вспоминая при этом, как Женя торопился наесться впрок. И я вряд ли когда-нибудь узнаю, в кого вырастет мальчик Максим или как провела свой день рождения девочка Саша, про которую я еще напишу...
Мы близоруки, наш мир не ограничен стационаром, но мы видим только то, что вблизи, фильтруя свое окружение так, что голодающие дети - они в Африке, вынося неприятное, тревожащее нас за границы видимости. Мы просто не пересекаемся с этим, мы сознательно стараемся избегать такого опыта. И это правильно. Пока мир опять не схлопнется.
enola_hey: (Mask)
Самый частый вопрос, который задают родители лечащему врачу - не "как здоровье ребенка?", а "когда нас выпишут?"
Врачи этому неизменно поражаются - они просто не понимают, что "когда нас выпишут?" - это и есть вопрос про здоровье. Плюс - естественное желание поскорее сбежать из больницы. Врачи же видят в этом вопросе только желание сбежать, отчего раздражаются - они не понимают, как можно хотеть забрать домой хрипящего ребенка и почему вообще такое отношение к месту, где ребенка лечат. В этом - два разных мира: мир врачей, где ответ на вопрос "когда" наступает не ранее, чем за сутки до выписки, где нет ни секунды свободного времени и день проносится стремительно - и мир родителей, где день тянется невыносимо долго, спать приходится вдвоем с ребенком на детской кроватке длиной 150 см в форме буквы Z, подъем в 6.30 утра и первые пять минут пытаешься разогнуть то, что свело и/или согнулось за ночь. Впрочем, на третьи сутки уже приходит научение спать, не просыпаясь каждые пять минут от неудобной позы, а утренний процесс разгибания производится автоматически. На пятые сутки просыпаешься в 7 утра и возмущаешься, почему не разбудили.
Впрочем, иногда случаются непредвиденные развлечения. Например, стажеры-пятикурсники, которых к пациентам допускают только с целью опроса на предмет составления хистори. Интересует их вот что:
- кто и чем болел в семье вплоть до седьмого колена (все мамы срезаются на этапе, когда речь начинает идти о родственниках мужа. Некоторые - еще на стадии его, мужа, родителей);
- как протекала беременность и каков был вес (тут все мамы начинают судорожно вспоминать, сколько весили до родов, но оказывается, что вопрос был про ребенка);
- как проходило грудное вскармливание, прикорм и на что были аллергии (тут палатные мамы теряют интерес к стажеру и начинают обсуждать, кто как долго кормил, были ли маститы, когда и чем прикармливал, когда полезли первые зубки..., etc. Стажерам бывает очень трудно вернуть мамское внимание);
- далее вопросы по аллергиям, болезням, приступам у ребенка (тут мамы осознают важность момента, сосредотачиваются и начинают рассказывать все, вплоть до мельчайших подробностей. Например, про стул ребенка в период первой простуды. Практикант понимает, что это надолго, пугается и убегает).
Второе крупное развлечение - экзамены у шестого курса. Студенты заходят по числу детей в палате, с ними преподаватель. Далее - распределяются каждый по ребенку - и начинается экзамен. Ребенка необходимо осмотреть и ответить на текущие вопросы врача-преподавателя. Например, какие основные характеристики кожи может наблюдать врач при первичном осмотре. "Шершавость, покраснения-высыпания", - отвечает пугливый юноша, обнаруживший, что он - еще не врач, а всего лишь студент на экзамене. "Еще", - спрашивает врач. Студент мнется, в панике осматривает ребенка. "Дайте мне руку, - говорит врач. - Что Вы чувствуете?" "Потливость?" - неуверенно спрашивает студент. "Это у Вас потливость! - возмущается врач. - Лучше надо готовиться! Что еще, самое главное?" "Да температура же!", - не выдерживает мама осматриваемого ребенка. Студент пристыженно молчит. Врач ругается, что подсказывают и просит мам угостить его шоколадкой.
Кстати сказать, шоколад в больницу нельзя. Нельзя ничего красного, оранжевого - никаких аллергенов. Соки можно только яблочные и банановые, фрукты - аналогично. Питание детское сбалансированное, диетическое - без соли, каши на воде, мясо на пару. Но съедобно тем не менее. Родителей не кормят, только детей. Еще компот дают, из сухофруктов. Лет 15 не пила!
Еще нельзя смывать лак, красить ногти, пользоваться средставами для укладки. Меня как-то заведующая застукала за всеми этими занятиями сразу - спасли от позорного изгнания за территорию больницы только моя безграничная наглость, пофигизм шестых суток пребывания и грамотная аргментация. Уважаю людей, которые уважают логику оппонента :))
enola_hey: (Default)
Женя

Маленький, три года, с синюшным лицом - дети подземелья. Мама, говорят, его когда сдавала, ее спросили, как он тут один будет. Нормально, ответила она, он сам себя обслуживает, все умеет. А он от страха все время трясся и ходил под себя. А плакать боялся, первый раз заплакал, когда его девочки-соседки по палате повели мыть и в ванне уронили лицом на кафель. Писался и какался постоянно, а потом забивался, говорят, в угол и когда кто-то подходил - закрывал руками голову. И когда в ванну вели - все время ждал, что его бить начнут, на каждое движение шарахался. Одежда чистая у него закончилась в первый же день. Маме позвонили - она привезла что-то в мешке, ее спросили: как же так, что он у вас такой? - она отдала вещи, развернулась и ушла. Сестра когда вещи те достала - материлась в голос: ни одной целой, ни одной зашитой, дыры такие, что голову просунуть можно. В столовой оказалось, что Женя не умеет жевать. В три года! Он может есть только каши и жидкие супы, что делать с более жесткой пищей он просто не знает. Мы не поверили сначала, врач посмотрел, говорит: и правда не умеет. А ест так словно пытается наесться про запас. Кто-то мимо проходит - он зажимается весь - и еще быстрее ест. Ни разу ни одного сока, ни одного яблока, воды ему не приносили. Подкармливали его всем этажом, одежду приносили, памперсы... Соседка его по палате, дагестанская бабушка, заказала родственникам своим одежды ему купить, чем больше, тем лучше. К 11-му дню, выписке, он уже на ребенка стал похож, играться начал, отъелся немного...
Маму его я увидела только на выписке. Хорошо одета, накрашена, сидит, одевает его в подаренные кем-то вещи. У меня в глазах потемнело, я за угол забежала, продышалась, вышла, спрашиваю, изумленно так: "О, Вы Женина мама?" "Да", - отвечает. "Ну надо же, никогда бы не подумала, - говорю, - А мы тут думали, Женя из семьи бомжей-алкоголиков, а вы так прилично выглядите... а ребенок у вас в таком виде... Хорошо, о нем _хоть тут_ было кому заботиться... Мы так переживали, что он обратно к бомжам вернется. Надо же, не ожидала, что вы такая..." У нее морду перекосило.
Да, я это специально делала, получая удовольствие. Потому что ни одной сраной социальной службе нет дела до этого Жени.
А мать у него беременная, на седьмом месяце. Третьим ребенком.
enola_hey: (Default)
Максим

Максим - это наш сосед по палате, тихий, спокойный мальчик, 4,5 года. Папа его привел вечером, через пару часов после того, как мы поступили, уложил спать - и уехал. Максим совсем не похож на ребенка, он похож на маленького взрослого, который просто еще не вырос. Красивый мальчик, смазливый такой, черноволосый, голубоглазый, меленький, меньше Илюхи, худенький. Максим - тихушник. Очень сообразительный маленький гаденыш. Он у чужих никогда не просит - подходит и смотрит в глаза так пронзительно и проникновенно, что понимаешь: ребенок голоден. Ему очень хочется твой банан, но он не смеет просить. Тебе становится его жалко и ты его угощаешь. Выругав про себя родителей, которые сдали ребенка в больницу, не соизволив хотя бы сока ему привезти. Потом оказывается, что все у него есть, просто он спрятал в тумбочку. Он вообще предпочитает свое прятать, в том числе игрушки. Играет чужими. Если кто-то не отдает свою игрушку, он дожидается, когда все выйдут из комнаты - и игрушку ломает. Ибо нефик. И если видит, что у кого-то игрушка самая любимая - тоже постарается ее сломать. Ему вообще нравится, когда кто-то плачет. Когда у детей берут кровь из вены - Максим садится на корточки у процедурной и смотрит. Но только если ребенок плачет и вырывается. Если сдает спокойно - Максиму не интересно.
Во что играет Максим сам по себе, я не знаю. Он очень любит играть с кем-то, желательно, с маленьким - в аварии для машинок, в какашки-пиписьки для кукол и животных... Но только если взрослых нет в помещении... Первые пару дней мы еще не разобрались, что это такое; отучить Илюху от некоторых слов и выражений я до сих пор не могу... Еще Максим любит крысятничать по тумбочкам. Нет, у него все есть. Просто ему нравится есть чужое.
Родители никогда не отказывают Максиму. Он знает, что что бы ни натворил - они все равно сделают так, как ему надо. Когда я первый раз посмела (именно такое было у него выражение лица) не сделать что-то, на что он расчитывал - он был шокирован. Ему в голову не приходило, что такое вообще возможно...
А накануне нашей выписки Максим придумал смешную игру: в коридоре в лужу от поливки цветов на колени и ладони ставится какой-нибудь малыш, а окружающие пинают его ногами и смеются. Надо ли говорить, что самым старшим был Максим? Остальные - малыши, не понимающие еще, что делают. Это был первый случай, когда я ударила чужого ребенка, ударила сильно, от души, как следует наорав. Просто когда я пришла - была как раз Илюхина очередь стоять в луже.
enola_hey: (Mask)
Не знаю, как звали эту женщину...
У них три кошки дома и две собаки, квартира маленькая, у девочки аллергия на шерсть. Их выписали, девочка пару дней пожила в квартире и опять попала в больницу с приступом.
Женщина неверояно красивая... Блондинка, пухлые губы, голубые глаза, персиковая кожа, тончайшей лепки лицо, смотреть и смотреть... Когда мы узнали, что девочке она приходится бабушкой - изумились: такая молодая бабушка? А ей 56 лет! Выглядит - на 30. Дочка ее выглядит старше, чем она! Фигурка изумительная... Ординаторы-мальчики просто погибали от нее...
А в день нашей с Илюхой выписки она ко мне подошла пообщаться, что-то про то, что им делать со своими кошками-собаками... Знаете, я первый раз такое видела... У нее что-то с лицом... я даже описать словами не могу... это видно только когда близко на нее смотришь, на расстоянии разговора. Она вблизи невероятно страшная... при чем все такая же красивая, но изнутри что-то такое идет, что приходится делать над собой усилие, чтобы не отшатнуться. Это какая-то жуть просто... Как если бы Дориан Грейносил в себе свое зеркало...
enola_hey: (Mask)
В больнице вообще очень скучно, там дуреют моментально, и дети, и взрослые. Еще и жизнь по расписанию, еще и подъем в 6.30... В общем, развлечений мало...
Например, студенты, среди которых очень много африканцев и индийцев. Которые очень любят детишек, а дети отвечают им взаимностью. Хотя некоторые, впервые увидев черного человека, пугаются вусмерть. Темнокожие студенты, в отличии от своих российских коллег, осмотр всегда начинают с того, что устанавливают контакт с ребенком, улыбаются, даютт подержать статоскоп(?), разговаривают... Всегда, даже когда за спиной стоит строгий преподаватель, принимающий экзамен. Российские же студенты по большей части в глаза ребенку вообще не смотрят, относясь к нему как к тренажеру. Дети таких не любят и боятся - ну кому приятно, когда с тобой обращаются так, будто ты кусок дерева... А темнокожие студенты даже когда больно делают - делают это так деликатно, что ребенок не возмущается. И потрепаться с ними приятно :)

Profile

enola_hey: (Default)
enola_hey

February 2013

S M T W T F S
     12
34567 89
10 111213141516
171819 20212223
2425262728  

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 09:29 am
Powered by Dreamwidth Studios